Южная граница России испокон веков была живой, движущейся вперед, пульсирующей материей, впитывавшей в себя все многообразие «другого» мира. Во второй половине XVIII века значительная часть ее сомкнулась с Северным Кавказом и образовала протяженную линию крепостей-городов и станиц, связавшую Каспийское море с Черным. Сегодня стало модным именовать ее «фронтиром», с явной отсылкой к истории покорения Дикого Запада, который вместе с его обитателями был бесследно раздавлен паровым катком англо-саксонской цивилизации.
Наша книга рассказывает о совершенно ином опыте и ином типе освоения новых территорий. Речь — о русской колонизации, передний край которой лишь внешне выглядел как «фронтир», по сути являясь не только полем столкновения, но и местом судьбоносной встречи разноязыких этносов и ярких культур, в конечном итоге создавших великую империю, родину и для «еллина» и для «иудея». Ту самую империю, о которой Иван Ильин сказал: сколько получила народов, «столько и соблюла», «ни принудительным крещением, ни искоренением, ни всеуравнивающим обрусением она никогда не занималась».