Двое подростков, желая тайком посмотреть коллекцию реликвий Второй мировой войны, проникают в дом чудаковатого историка – и находят его убитым. Кому в тихом шведском городке помешал старик, посвятивший жизнь разоблачению нацистских преступников? Этот вопрос интересует полицию. Но еще больше – писательницу Эрику Фальк. Ведь именно она недавно пыталась узнать у покойного историка, как среди доставшихся ей в наследство вещей оказалась награда Третьего рейха – Железный крест – и почему ее мать всю жизнь хранила запачканную кровью детскую рубашку…

МИРОВОЙ БЕСТСЕЛЛЕР ОТ «ШВЕДСКОЙ АГАТЫ КРИСТИ».

ТОП-10 САМЫХ ПОПУЛЯРНЫХ ПИСАТЕЛЕЙ ЕВРОПЫ.

22 миллиона экземпляров книг в 60 странах на 30 языках.

НА ПРОШЛОМ КРЕСТ НЕ ПОСТАВИШЬ…

Двое подростков, желая тайком посмотреть коллекцию реликвий Второй мировой войны, проникают в дом чудаковатого историка — и находят его убитым. Кому в тихом шведском городке помешал старик, посвятивший жизнь разоблачению нацистских преступников? Этот вопрос интересует полицию. Но еще больше — писательницу Эрику Фальк. Ведь именно она недавно пыталась узнать у покойного историка, как среди доставшихся ей в наследство вещей оказалась награда Третьего рейха — «Железный крест» — и почему ее мать всю жизнь хранила запачканную кровью детскую рубашку…

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЦИКЛА «ФЬЕЛЬБАКА» ОБ ЭРИКЕ ФАЛЬК И ПАТРИКЕ ХЕДСТРЁМЕ.

Камилла Лэкберг — ведущий автор среди прославленных мастеров скандинавского детектива. Первый же ее роман стал мировым бестселлером — как, впрочем, и каждый последующий. Лэкберг входит в десятку самых популярных писателей Европы.

«Лэкберг — эксперт в деле смешивания милых домашних сцен с останавливающим кровь ужасом». — Guardian

«Лэкберг особенно хороша в изображении клаустрофобии, свойственной маленьким сообществам, в которых все знают всех, а полицейский может дружить с убийцей». — The Times

«От романов Лэкберг бросает то в жар, то в холод» — Sun

«У Лэкберг особый дар: ей удалось создать два наиболее законченных образа во всей современной детективной литературе — причем сделать это с особой теплотой, пробивающейся сквозь скандинавскую холодность». — Independent